Пора за знаниями! Пора на тренинг!

Посетить

Рекомендуем прочитать!

Срочно читать!

Сегодня будет отличный день!

Исчадие ада 4. Семейные войны (часть первая)

«Кто за маму? Кто за папу?» Пожалуй, это самый распространенный случай в моей практике. Приходя в этот мир, ребенок обязательно попадает в семью. Семьи бывают разные: богатые и бедные, неполные и полные, благополучные и не очень. Но для ребенка, если ему повезло родиться в семье, любая — до определенного возраста лучшая.

02.07.2018 Статьи

Не меряет дитя свою счастливость наличием игрушек, конфет и прочих атрибутов материального мира. Свое счастье ребенок определяет любовью, вниманием, заботой, чувством защищенности и важности для родителей. Нет для него никого важнее и нужнее родителей. Они становятся для него целым миром, через который он всю свою жизнь будет смотреть на мир и через критерии которых будет оценивать себя и все его окружающее. Родители становятся волшебниками, всемогущими, знающими, вездесущими.

Помните вопрос, который иногда задают взрослые: «Кого ты больше любишь маму или папу?». Это все равно, что спросить: «Тебе больше дышать нравится или видеть?». Вот как ответить на этот вопрос? Мама — это как душа: тепло, уют, она всегда была, есть и будет. Без неё страшно, холодно. Папа — это дух, сила, уверенность, защищенность не только тебя, но и мамы, дома. Родители для разного, с одной стороны… но с ними вместе наступает покой и радость. Они для ребенка святы, неразделимы, они не могут быть порознь, потому что хорошо и ничего не нужно, когда все вместе: папа, мама, я.

А… взрослые, которые когда-то были детьми и, попадая под обстрелы в семейных войнах, дававшие себе слово никогда и ни при каких обстоятельствах со своими детьми так не поступать… забывают свои клятвы. Их амбиции, выяснение отношений, доказывание собственной правоты, требование от своего партнера того внимания, любви и заботы, которых не дополучил от родителей… все это захватывает и уносит на очередной, кажущийся новым круг ада, увлекая за собой маленьких бессловесных свидетелей. Сложно и горько представлять и вспоминать человеку, что он, будучи ребенком, испытывал в такие секунды, минуты, часы… вечность, именуемую детством.

Один из моих клиентов пришел с тем, что он слишком агрессивен, особую ярость у него всегда вызывают пьяные и развязные мужчины. Рядом с ними он перестает себя контролировать и бросается в драку. Порой бывают головные боли, панические атаки, страшно оставаться одному, страшно быть среди людей. Он совершенно не помнит своего детства, все более или менее вспоминается лет с десяти, остальное очень размыто, урывками, пятнами… мы много работали и на одной из сессий он начал вспоминать, сначала тяжело, но потом все легче и легче: «Мне было лет шесть-семь. Да, по-моему, я еще в школу не ходил. Дома горела печка, было тихо и спокойно. Отец пришел домой пьяный, он кричал… потом стал бить маму. Я забился в угол. Мне было страшно, но еще больше стыдно, что я не могу ее защитить. Я — маленький и слабый, он — большой и сильный. Я даже плакать не мог. Мне казалось, что голова расколется пополам от стыда и страха. Мама плачет, отец с искаженным лицом пинает ее ногами. Вы знаете, ведь всех кого я бил всю свою жизнь были с тем же выражением лица, примерно той же комплекции, что и отец. Только ростом значительно выше меня… походу, мой тот вечер повторяется снова и снова…».

Годы прошли, злость, обида, гнев никуда не делись. Сильный, крепкий, умный юноша снова и снова ищет выход своей боли и страху. Каждый раз не находя выхода и все больше погружаясь в самобичевание и ощущение своей несостоятельности, умножая все это на бессилие что-то изменить в прошлом. Мы с ним нашли выход из этого. Еще один мой клиент припоминал менее агрессивное поведения отца, но только в сравнении с эти случаем. На самом деле для ребенка степень агрессии не определяет появление и развитие травмы: кто-то более раним, кто-то менее. Сейчас про другое: отец очень сильно кричит на маму, я у нее на руках. Наверное, совсем маленький, раз она меня держала.. он берет меня на руки и продолжает кричать на нее. Я хочу защитить ее, но я не знаю как. Я боюсь плакать, чтоб еще больше не разозлить его. Мне страшно…

— Что тебе хотелось бы сделать?
— Убить его, чтоб он больше никогда ее не обижал. Я часто представлял, что делаю это… я убивал его… потом мне всегда хотелось умереть… каждый раз, когда я вспоминал это… мне хотелось повеситься. Это же мой отец! Как я могу желать ему смерти? Как я могу хотеть его убить? Кто я после этого?

Мальчики — маленькие мужчины. Часто чувствующие свою слабость и несостоятельность рядом с отцом. Мальчики — маленькие герои, мечтающие рано или поздно вырасти и защитить все: маму, детей, мир. Некоторые делают это, а некоторые ломаются на этом пути… заболевая, спиваясь, уничижая себя и сгорая от стыда за «свою трусость», на всю жизнь оставаясь бессловесными и бесправными, вынося себе приговор и приводя его в исполнение… десятки, сотни, тысячи раз… да и страх превратиться в отца играет злую шутку: он воплощается в реальность… маленькие герои превращаются в больших мстителей и великих тиранов.

Как дела обстоят с девочками?

«Я часто слышала, как ругаются родители. Папа был мягким и добрым, мама все время что-то требовала от меня и него. Она была категоричной, а слова никогда не подбирала. Она вечно чем-то была недовольна. Мне было жаль отца… но иногда они ругались и он ей не уступал: крик, вопли, пятиэтажный мат, слова переставали подбирать. И чем старше я становилась, тем громче и больше они кричали. Я хотела убежать. И я убежала. Сначала к мужчине много старше меня, потом от него к парню младше меня… и понеслось. Я искала тишины и защиты. Я хотела замуж, хотела семью. Но чем больше я ее хотела, тем требовательнее становилась и мой „очередной гражданский брак превращался просто в „брак!“ может быть мама была права: все мужики — козлы?“

«Оксана, вы в каком возрасте узнали все о половой жизни и о супружеской неверности? Не отвечайте… я про себя… я все узнала как только начала понимать слова, порой мне кажется, что еще в утробе матери… она так много рассказывала об этом, что я уже не знаю, что ее воспоминания, а что я видела и слышала сама… я очень рано стала ее «солдатом», козырем, поводом для упреков и выяснения отношений. Я вместе с ней плакала и страдала, я родилась не дочкой, а «свидетелем», «соучастником», «адвокатом», «обвинителем»… одним словом «исполнителем любой необходимой роли». Меня было так много и везде, что я поняла «меня нет совсем», у меня не было детства».

Маленькие девочки… так и мечтающие о своем принце, который никогда и не прискачет, и не спасет, затерявшись в лабиринтах обид и ожиданий.

По соседству со мной жил мальчик, младше меня на пару лет. Но для меня он был очень взрослый. Отец бросил его мать и ушел. Мать пила. Много. Это была ее «тихая» партизанская война самой с собой. Мальчик сдавал бутылки и покупал какие-то продукты, он плохо учился в школе, но умел считать деньги лучше всех и сам ходил за покупками. Помню, как однажды соседка дала ему рубль со словами: «У такой матери… такой сын!» Он не взял деньги: «Не смейте о ней так говорить! Она просто несчастная женщина! Вы ничего не знаете!» Позже он вырос и женился, жена его «несчастная женщина», много пила и искала утешения в разных мужчинах, а он растил их детей, всех пятерых, больных диабетом… принципов стало меньше, он легко брал деньги у соседей… он стал «взрослее и поумнел».

Уверена, что у каждого из вас найдутся истории и воспоминания. Стоит ли говорить о том, что всем таких детям очень нелегко найти пару, осмелиться создать семью? Очень хочу напомнить нам всем, что семья — это точка отсчета. И не обязательно жить так, как родители. Не обязательно «никогда не жить как они». И то, и другое — крайности. Вы вправе создать себе любую жизнь. Нет ничего страшного в том, что детство было сложным. Не стоит зацикливаться на обидах и боли. Вы смогли преодолеть и пройти это, вы сможете ещё больше! Вы — точка отсчета для своего ребенка, вы для него — мир. Волшебный, могучий и с бесконечными возможностями… Возможностью, прежде всего, не ходить на войну, а любить его, и позволить вам отдать всю свою детскую любовь и благодарность. Ведь так просто с любовью: ее нужно просто принимать и отдавать. Стоит только понять, что брать нужно там, где она есть, а не «только там, где Я хочу!»

Война — это всегда беда, а особенно, когда война в самом истоке жизни — семье.

Продолжение следует…. хотя, лучше бы нет.

// Оксана Зайцева.
Оксана Зайцева, психолог, Киев

Исчадие ада 3: Ворота №2 Физическое насилие и игнорирование

Поделиться в соц. сетях